Роттердам плюс


Дата публикации: 5 февраля 2018

О Роттердаме вы услышите, что это не Голландия, что от голландского здесь только «дам», т. е. «дамба», в названии, на реке Ротте. (Которую, что характерно, тоже уже не сыскать: Роттердам ушел далеко, к Северному морю, от своего названия.) Но при этом никто не добавит «Что там делать», в смысле — смотреть. Наоборот, если вы себе хорошо представляете, что такое Голландия, видели мельницы, мосты, каналы, старые кварталы в Амстердаме, Лейдене, Делфте, вам одна дорога — сюда, в параллельную Голландию, изогнутую, асимметричную, стоящую на попа, городá будущего в фантастике именно такие, снимайте их здесь без дополнительных декораций.

Два фактора: немецкая бомбежка 1940-го, дочиста разрушившая старый центр, и то, что Роттердам — крупнейший порт Европы, ворота, впускающие всех, — определили его футурологический вид и концепт. Отстраивать, по сути, было нечего, и это изменило направленность мышления, а то и самосознания, от прошлого к будущему. А будущее было открыто для экспериментов, и экспериментировали здесь так, чтобы оно уже предстало не узконациональным. И кстати, вот это помогло приплывшим неголландцам ассимилироваться и стать голландцами: Роттердам в своих пределах везде Роттердам, не конгломерат, а гомоген, в нем нет таких ярко выраженных чайна-таунов и маленьких италий, как в других устремленных в будущее и ввысь глубокоинтернациональных по составу городах, Нью-Йорке или Сиднее. Спросите у трети роттердамцев, имеющих суринамские, турецкие, марокканские, антильские и прочие неголландские корни, вряд ли скажут, что не голландцы. Повторюсь, это значит, что им здесь хорошо и нет резона замыкаться, повторюсь, потому что и сам Роттердам — открытый. Правит им, к слову, почти уже десять лет марокканец-мусульманин, бербер, переводчик с арабского на нидерландский.

А сейчас, когда все более-менее понятно по содержанию, можно переходить к достопримечательностям. Немцы не все разбомбили, кое-что осталось, район Дельфсхафен, например, со старыми домами, тесно прижатыми друг к дружке и уходящими фундаментом прямо в канал, даже старая ветряная мельница здесь сохранилась (но в принципе, за ветряными мельницами — это в Киндердейк, деревеньку в пятнадцати километрах от Роттердама, занесенную во Всемирное наследие ЮНЕСКО, там их девятнадцать в ряд, в долине реки, построенных примерно в 1740-е), даже старая пивоварня. Но если ехать в Роттердам после Амстердама и Лейдена, то не в Дельфсхафен в первую очередь, и не в знаменитые, старинные тоже, середины XIX века, зоопарк «Блайдорп» и ботанический сад «Тромпенбург», конечно. Нет, потом — пожалуйста; но вот вы выходите из ж/д вокзала, который сам по себе произведение футуристического искусства — нос корабля, — и куда теперь дальше? А хоть и на базар, как водится, потому он, крытый рынок «Маркхол», тоже шедевр: огромный арочный, напоминающий, может, перевернутый корпус корабля (тут все, в Голландии, и должно напоминать корабли, вся морская терминология, от «мачты» до «боцмана», от «верфи» до «гавани», включая «гальюн», — отсюда, из нидерландского), с толстенными стенами — это жилой дом, представьте, а рынок — в арке, внутри.

Но раз уж мы заговорили о жилых домах, то самые знаменитые, разумеется, кубические дома на улице Оверблаак, тридцать восемь и два суперкуба, соединенные в единое целое: каждый стоит не на грани — на вершине, повернутым на 45°, и зрительный эффект, что и живут в них под углом 45°. Рядом — библиотека-«пылесос» (центральная), но вообще-то — «круизный лайнер», или «стеклянный водопад», как кому, в Роттердаме все — индивидуальные ассоциации. Недалеко от кубических домов — снова жилой — дом-«карандаш», но может, и «ракета». Мост Эразма, один из символов города, — «лебедь»-мост, ну а кому-то по ассоциациям ближе ноги балерины, вытянутые и пятками вместе. И лишь Евромачта, 185-метровая смотровая башня с «вороньим гнездом» посередке, построенная еще в 1960-м и ставшая первым символом нового Роттердама, в большей степени мачта, вероятно, потому что была самой первой.

Все это занесено в путеводители, но в Роттердаме путеводитель не главное, Роттердам хорош тем, что он везде, куда ни пойдешь, поражает полетом мысли, любое здание — там изогнутые окна, тут палуба вместо крыши, скошенный угол, что-то еще — шедевр новой, новейшей, сверхновой архитектуры.

Андрей Петров

Онлайн-версию журнала «Что? Где? Когда?» читайте по ссылке
https://issuu.com/whatwherewhen/docs/02_225_2018_www

Так же на KharkovInform: