ЛЕЙДЕНСКАЯ БАНКА


Дата публикации: 5 Май 2017
unnamed (5)

Вы помните, конечно, одну из самых впечатляющих сцен «Легенды о Тиле» — лучшего фильма Алова и Наумова и, может, вообще одного из лучших об излёте Средневековья, страшного, величественного и весёлого: осаждённый испанскими войсками голландский город затоплен, чтобы корабли освободителей пришли на помощь — по суху, аки по воде. Затопленный, как в банке, город, дома и памятники под водой, люди спасаются на крышах, по городу, или даже над городом, плывут корабли, страшно, но красиво — и как-то очень торжественно. Это о Лейдене, который в 1574-м во время Восьмидесятилетней войны, Нидерландской революции, был таким вот образом вызволен из испанской осады, спасён от голодной смерти: гёзы — повстанцы Вильгельма Оранского — взорвали дамбы, защищающие город от наводнений, затопили равнину, и Лейден на день стал частью Северного моря. А испанцы бежали.

 

И это не просто яркое легендарное событие в истории города, с этого история города, такого, каков он сейчас, и начинается. Старый средневековый Лейден будто действительно утоп в том наводнении, как и всё Средневековье — в Нидерландской революции, после которой появился новый тип государства — Республика соединённых нидерландских провинций, Генеральные Штаты, да-да, прообраз США, и ЕС во многом тоже. Кстати, Лейден защищали в этой революции — от испанцев-католиков — не только свои голландцы-протестанты, но и англичане, шотландцы, французские гугеноты. А в 1609-м он принял английских беженцев-пуритан — тех самых, что в 1620-м на «Мэйфлауере» отправятся в Америку, «отцы-пилигримы», и станут основателями США. Сегодня Дом отцов-пилигримов, в центре Лейдена, — музей, одна из достопримечательностей.

Вильгельм Оранский, освободив город, предложил лейденцам в награду, или в компенсацию за потоп: либо освобождение от налогов на десять лет, либо построить университет. Университет — первый в Нидерландах — был открыт уже в следующем, т. е. 1575-м, году, и о том, насколько он крупным научным центром стал, можно судить хотя бы по прославившей его и Лейден «лейденской банке» — первому в истории электрическому конденсатору, изобретённому здесь в 1745-м. Сегодня Лейден, что называется, университетский город, и десятая часть его жителей — студенты. Но самим лейденцам больше нравится другое прозвище — «Город музеев», их здесь, появившихся благодаря университету, конечно, пятнадцать — с крупными и ценными коллекциями: Национальный музей этнологии — первый в Европе этнографический музей; Нидерландский центр биоразнообразия «Натуралис» — на базе лейденского Музея естественной истории, куда в 2010-м вошли Зоологический музей Амстердама и Национальный гербарий Нидерландов; Государственный музей древностей (с эллинистическим храмом I века, подаренным Египтом Нидерландам за помощь в сохранении древних памятников, когда при постройке Асуанской плотины их должно было затопить — видите, слово «затопить», как историческая матрица, архетип, опять возникает в связи с Лейденом). Но ещё интереснее, кажется, музеи не столь национального значения, а рассказывающие, как Дом отцов-пилигримов, историю города, например, музей ветряных мельниц, их в Лейдене сохранилось девять, музей — в самой старой, 1743 года; или «Лакенхал» — художественный и краеведческий, в здании гильдии ткачей 1640 года, а и художников и ткачей здесь тоже было много, в XVII веке Лейден был центром текстильного производства. Что же касается художников, то самый знаменитый из них — Рембрандт, родившийся в Лейдене и учившийся здесь в латинской школе при университете (на площади Рембрандта памятник — композиция: мальчик, которого хочется атрибутировать как ван Гога, хотя это просто мальчик и ван Гог отношения к Лейдену не имеет, рисует портрет Рембрандта, а Рембрандт-портрет смотрит на него со стены; может быть, «ван Гог», потому что тут же растут подсолнухи), а самый именитый, в смысле — носящий имя города, — Лукас ван Лейден, Лука Лейденский.

 

Но Лейден и сам как музей, его исторический центр, с домами XV‒XVII веков, — второй по площади в Нидерландах после амстердамского. 1250 архитектурных памятников национального значения, 1550 местного, 4550 просто старых зданий — всё это законсервировано, как в банке, благодаря экономическому упадку, который пришёл на смену подъёму и расцвету в XVII веке и длился аж до начала XX-го, сохранив всё как было без перестроек. Лейденский замок — Бурхт — XI века, на холме, откуда открывается вид на город, готические церкви Святого Петра, Святого Панкратия, ренессансное здание администрации Рейнских земель 1596 года, дом мер и весов 1658-го, всего не перечислишь.

 

И всё это по-прежнему погружено в воду, выступает из неё или разделено водой: Лейден — город каналов, каждый, как улица, со своим названием, в честь главного — Рапенбюрга — каждый год проходит Рапенбюргский фестиваль. Фестивалей, музыкальных и прочих, в Лейдене, кажется, проходит как нигде: Лейденская неделя джаза, Дни скретч-музыки (Армин ван Бюрен, к слову, лейденец, родился здесь, окончил гимназию, учился на юридическом в университете, получил орден Оранских-Нассау — один из высших государственных — за вклад в музыку из рук мэра Лейдена), фестивали шарманок, хип-хопа, уличного искусства, слэм-поэзии «Ближе к тебе», Лейденский кинофестиваль, само собой, Фестиваль Рембрандта. Кстати, о поэзии — и о том, как апгрейдивается, что законсервировано временем: в 1995‒2005 годах на домах в историческом центре Лейдена появились стихи — огромные, где-то и во всю стену, классиков и современников — на голландском, английском, французском, итальянском, польском, русском («Ночь, улица, фонарь, аптека» Блока, «Моим стихам» Цветаевой, «Муза» Ахматовой), болгарском, грузинском и т. д., даже на бугийском — малайско-индонезийском — языке.

 

Ну а самый большой музыкальный фестиваль, накануне Дня города (официально — День снятия [испанской] блокады), что 3 октября, — «Невероятный Лейден»: на каждой площади и на многих улицах играет своя джаз-, фолк-, рок-группа, а вокруг слушают, подпевают, танцуют. И ещё 3 октября все едят с утра булочки с селёдкой, как в хот-догах, внутри — их бесплатно раздаёт муниципалитет, как в тот день, когда — начало истории — осада была снята, вода спала, и к оголодавшим затопленным лейденцам прибыл первый обоз с продовольствием — селёдкой и белым хлебом.

 

Автор от всего сердца благодарит Ольгу Куприянову за гостеприимство, заботу и возможность побывать в Лейдене.

 

Андрей Петров

Так же на KharkovInform: