ЭСРУМ


Дата публикации: 31 октября 2018

Если вы, приехав в Данию, побывали только в Копенгагене и Хельсингёре, нет, я не скажу, что ничего не видели, — но очень многое потеряли, не свернув по пути в сторону Эсрума. Замок Гамлета — да; Копенгаген вообще без разговоров, но можете ли вы сказать, что видели Данию? Саму Данию? Да, я имею в виду пейзажи, но не только их. Что-то в пейзаже.

Город для путешественника чем хорош — тут много чего сконцентрировано, глаз работает. Но в какой-то момент и устаёт, пресытившись, оперативка перегружена, не успевает раскладывать всё по полочкам. И дальше он будет выхватывать, и вы запоминать, что-то одно в картинке, как бы раздвигая всё, куда это встроено, в стороны, освобождая панораму и перспективу для чего-то одного. Что и запомнится.

А в сельской местности и так всё панорама и перспектива, глаз отдыхает, наслаждается видом, просто смотрит. Поэтому что-то на фоне пейзажа — это кое-что. Какой-нибудь Чёртов колодец в сельской глуши, овеянный легендами, о которых вы не имеете понятия, останется у вас в памяти рядом с королевским дворцом и даже, по- том заметите, чуть-чуть его сдвинет к периферии.

Тут, в Эсруме, вам не просто колодец, хотя и колодец есть, а целый монастырь. И если вы себе дали клятву путешествовать лишь по туробъектам, бо времени нет, ваш обет Эсрум не нарушит, он вполне туристичен и входит в программу: более шестидесяти тысяч посетителей в год.

Во-первых, узнаете, кто такие цистерцианцы (белое с чёрным) и что они тут делали, в частности — придумали сыр, сыр «эсром»; как жили, как жила Дания в Средние века — монастырь здесь с 1154 года. А жила она, как и все северные страны, вытесняя католицизм лютеранством — довольно жёстко, потому что и сам католицизм был жёстким, одна инквизиция чего стоит. Во время Реформации в XVI веке монастырскую церковь разобрали, и разобранное пошло на достройку Кронборга, того самого «замка Эльсинор», по Шекспиру получается, что разбирал Эсрум Гамлет-старший, «призрак отца Гамлета» в пьесе. Во-вторых, вы узнаете, что такое королевская охотничья резиденция, чем монастырь и стал. Впрочем, чем он потом не становился: и конным заводом, и казармами для драгунов, и конторой с почтой, и детским приютом — уже в XX веке, а во время Второй мировой — национальным архивом (потому что монастырские подземелья сами понимаете какие, бомбоубежище), после войны тут жили латвийские беженцы.

Это всё тоже следует учесть, наводя взгляд, — чтобы в фокус попадало нужное: скажем, вот тот амбар, или гордость всего комплекса старинная, четырёхсотлетняя, мельница, или стоящая осторонь печь, — кое-что со временем меняло назначение, а кое-что так и осталось константой. Маленькие константы и большие эпохи — Эсрум хорошо даёт почувствовать, что представляет собой макро- и микроистория, и вместе, и по отдельности, и в поглощении одного другим.

С 1996 года монастырь Эсрум — музей и культурный центр, плюс ресторан с местной кухней (сыр эсром тоже есть, после Реформации, к слову, о нём забыли, и технологию изготовления восстановили в 1937-м). Музей рассказывает об ордене цистерцианцев, культурный центр проводит фестивали и в духе Средневековья рыцарские турниры, в саду растут, как росли при монахах, лекарственные растения, лекарства из них продаются в магазинчике при монастыре. Растения, как вы понимаете, тоже константа, и пахнут так же, как сотни лет назад.

Автор искренне признателен Арсению Ровинскому за радушное гостеприимство и поездку в Эсрум.

Андрей Петров

Так же на KharkovInform: