Роберт Уилсон. Искусство видеть


Дата публикации: 3 сентября 2020

Всемирная слава самобытного мастера, американского театрального режиссера и художника Роберта Уилсона с годами только растет. Архитектор по образованию, свои подлинные «университеты» он прошел в богемном Нью-Йорке рубежа 1960–1970-х. Балеты Джорджа Баланчина, авангардные живопись и музыка способствовали самоопределению в театральной профессии. Громкий успех имели французские гастроли одного из его первых спектаклей «Взгляд глухого» (1971), созданного в сотрудничестве с Byrd Hoffman School of Byrds по собственной пьесе. Семидневный перформанс KA MOUNTAIN and GARDenia TERRACE (1972), сыгранный на холмах Шираза, определил открытость мировой культуре. Следующая веха — «Эйнштейн на пляже» (1976), плод сотворчества с композитором Филиппом Глассом, стал кульминацией цикла спектаклей об «иконах» ХХ века (Фрейд, Сталин, Эдисон, Марина Абрамович). С 1991 г. Уилсон руководит своей перформативной лабораторией, художественной резиденцией и коллекцией Watermill Center на Лонг-Айленде. В качестве приглашенного режиссера в последние десятилетия работает только в Европе, особенно активно на сценах Германии. Его пьесы в 1986 г. номинировались на Пулитцеровскую премию. В сфере визуального искусства достижения Уилсона не менее велики. Периодически выступая архитектором, дизайнером, художником, куратором выставок, за инсталляцию он удостоился Золотого льва Венецианской биеннале 1993 г. С 2000-х снимает уникальные видео-портреты.
Изначально тяготея к визуальному восприятию мира и идеальному порядку, со временем Уилсон обрел кристаллизацию собственного стиля нарочито искусственного сценического пространства и действия, пронизанного духом созерцательности. Всматриваясь в пустоту и вслушиваясь в тишину, он отказывается от сюжетной повествовательности, а часто и от слов, по крайней мере, в их традиционном значении. При этом Уилсон внимателен к каждому жесту, их последовательности и паузам между ними, достигая за счет замедленного темпа почти хореографического эффекта. Движение для него первично, весомо, лишь после жест соединяется со словом, входя в единый с ним ритм. Таким образом, Уилсон работает со временем и пространством. Однако важнее всего в театре — свет! В геометрической ясности декораций доминирует беспредельная пустота циклорамы, меняющей цвет в зависимости от освещения. Обилие холодных оттенков в последние годы снискали Уилсону репутацию режиссера сновидений. Наконец, образ спектакля довершают грим «уилсоновских» выбеленных лиц и характерная работа с голосом. Строгость форм в работах Уилсона — будь то пьесы Гертруды Стайн и Сьюзен Зонтаг или Питер Пэн — сочетается со свободой содержания, интерпретации, эмоции.
Викентий Пухарев

Так же на KharkovInform: