David Brown


Дата публикации: 30 Ноябрь 2011
dbb

Песни американской инди-группы Brazzaville — лучшие саундреки к осени: меланхоличные, романтичные, с нотками надежды и светлой грусти. Перед концертом в Jazzter лидер группы Дэвид Браун с удовольствием пообщался о музыке, жизни и своем мироощущении.

— Порой у меня складывается впечатление, что украинскому слушателю нужна простая, плоская музыка, которая просто позволит отвлечься от социальных или бытовых проблем. Дэвид, а какую музыку хочет слышать американский и европейский слушатель?
— Точно такую же! Я имею в виду массы, которым нравятся такие исполнители, как Lady Gaga или Justin Bieber. Но всегда остается группа людей, которая находится на другой стороне «музыкального супермаркета». Понимаешь, большинство хочет слушать
песни, которые поднимают настроение, когда ты за рулем, под которые хочется танцевать, когда ты в клубе. И это замечательно, что есть музыка, которая делает людей счастливыми. Другим людям по душе песни-истории, которые рассказывают о разбитых сердцах, о месте человека в этом мире. Они делают нас не такими одиноким.

— Какой категории людей адресовано творчество Brazzaville?
— Brazzaville поет для всех, у кого есть надежды, мечты, вера, кто хочет любить и быть счастливым. Наше творчество для тех, кто любит размышлять о жизни: откуда мы, для чего мы родились и что с нами будет после смерти. Хотелось бы, чтоб на наших концертах люди забывали о проблемах хотя бы на час-полтора, чтоб улыбались, пели, слушали музыку и после концерта уходили как будто заново рожденными. Как после бани!

— Какая музыка сопровождала твою юность?
— В юности я слушал The Beach Boys, обожал disco, reggae, слушал много «черной» музыки. На меня повлияли такие музыканты, как The Clash, David Bowie, Iggy Pop, The Smiths, The Cure, Morrissey. Когда я начал играть на саксофоне и выступать с Беком, начал слушать джаз. Мне очень нравится джаз, но только не современный! Тот джаз, который создавали примерно до 1970 года, особенно джаз 20–30-х годов, обладает особой энергетикой. Я не могу это объяснить, но было в той музыке что-то глубокое, что я называю «jazz energy». Современный джаз меня так не цепляет. В основном он представляет собой микс всего, что написали великие джазмены.

— А как ты относишься к музыкантам, которые в первую очередь занимаются созданием эпатажного образа? Например, как Lady Gaga.
— Lady Gaga — это не просто эпатажный образ, это еще и первоклассный музыкант. Она отлично поет, танцует, играет на пианино. Не так легко быть такой, как она. Концерты Lady Gaga похожи на масштабные театральные постановки, где она показывает себя еще и как актриса. Она икона, которая обращается к миллионам людей и благодаря своей музыке делает их счастливее. Я уважаю ее творчество, хоть и не являюсь поклонником такой музыки.

— По-моему, сейчас почти всех музыкантов тянет в какие-то эксперименты… А ты следишь за музыкальными тенденциями?
— Мне удается существовать отдельно от них. Даже если бы я старался за ними следить, не смог бы стать их последователем. Я просто пишу свою музыку, не оглядываясь на то, что происходит вокруг.

— Дэвид, ты занимаешься любимым делом, путешествуешь по всему миру, знакомишься с новыми людьми… По-моему, ты абсолютно счастливый человек!
— Да! Я радуюсь всему, что у меня есть, и я счастлив просто быть. Быть счастливым не вчера, не завтра, не через неделю, а в данную минуту — это то ощущение, которое недоступно большинству людей. Часто мы заморачиваемся многими ненужными вещами: о, Боже, скоро 2012 год — конец света! Да какая разница, что будет, учитесь быть счастливыми здесь и сейчас!

— Тогда скажи мне, откуда у такого оптимистичного и веселого человека берутся грустные песни?
— Грустные песни берутся из жизни. Я написал много песен, посвященных моей маме. У нее была очень трагическая судьба, много психологических проблем. Когда я был маленьким, она покончила с собой. Мой близкий друг умер от наркотиков… Музыка помогает мне справляться с трудностями. Все эти истории я трансформирую в красивые лирические песни, и тогда мне становится не так грустно. Быть может, эти
песни находят отклик в душах других людей, и им тоже становится легче.

— Я помню, ты как-то сказал, что у каждого города есть свой неповторимый звук. Ты услышал, как звучит Харьков и Украина?
— Харьков — это звуки автомобилей, на которых стритрейсеры гоняют ночью. Украина — это шум поездов, лающие собаки, голоса людей, смех прекрасных девушек.

— А с украинскими музыкантами успел подружиться?
— Сегодня со мной будет выступать мой украинский друг Ефим Чупахин. Я познакомился с ним и с Сергеем Бабкиным в Челябинске. Мне очень нравятся эти талантливые парни!

— Кто-то из великих сказал, что творческий человек должен всегда оставаться чуть-чуть
голодным, чтобы суметь создать что-то великое. Ты согласен с этим?
— В каком-то смысле да. Я вырос в бедной семье и, чтобы заработать, красил стены, работал в магазине, в ресторане. И мне кажется, что это замечательно, особенно для юноши. Учишься работать, начинаешь ценить деньги, это закаляет характер. Достаточно простого понимания, что деньги — это не цель. Да, они необходимы каждому, чтобы кушать, платить по счетам, одеваться. Но существует большое заблуждение, что чем больше денег у тебя будет, тем счастливее ты станешь. Ты покупаешь себе дом, машину, дорогой костюм, но эти вещи не способны изменить внутреннее состояние. Мы постоянно пытаемся удовлетворить свой материальный голод, но нужно начинать с голода духовного.

Беседовала: Ольга Завада

One thought on “David Brown

Так же на KharkovInform: