Владимир Гусев: «Массового книголюба уже нет, книгособирательство ныне — дело недешёвое»


Дата публикации: 30 сентября 2018

В этом году в киевском издательстве «Личности» вышло второе (первое в 2015-м), значительно переработанное и расширенное издание книги Владимира Гусева «Харьков книжный второй половины XX века. Воспоминания библиофила» — живой рассказ о книжных магазинах и «точках» Харькова той эпохи, книжниках, владельцах тысячетомовых библиотек и, разумеется, самих книгах — находящихся в домашних коллекциях редких и уникальных изданиях.

Есть ли аналогичные книги о Киеве, Львове, Одессе и других книжных городах Украины? Или, может быть, что-то подобное выходило за рубежом?

Думаю, что отдельных книг об истории книгособирательства в том или ином городе Украины до моего «Книжного Харькова» не было и нет по сей день. Во-первых, ничего похожего мне не попадалось за более чем полувековую историю моей «книжности» (а я активно подбирал подобные издания). Во-вторых, я знаю, что издательский дом «Личности», напечатав в 2015 году первое издание моей книги, затеял подготовить подобные же на материалах других крупных городов, но столкнулся с отсутствием и материалов и авторов. Лишь о книжном Киеве согласился рассказать Я. И. Бердичевский, патриарх украинского библиофильства и выдающийся его знаток. Если это его намерение осуществится, то библиофилов и — шире — любителей книги ждёт великолепный подарок.

Если же говорить о книгах — описаниях отдельных частных собраний, — то здесь ситуация может быть иной, и я не исключаю, что таких книг найдётся немало. Мне, правда, известна лишь «История одной частной библиотеки», написанная её владельцем — крупнейшим харьковским книгособирателем Александром Мальцевым, — и изданная микроскопическим тиражом в 2016 году. Книгу эту я читал, но видеть саму библиотеку мне не довелось, поскольку в связи с проблемами со здоровьем собиратель ведёт довольно замкнутый образ жизни.

Каков, по-вашему, самый большой раритет из всех, что хранятся в Харькове на руках, не в государственных библиотеках?

Вопрос, на который невозможно ответить, не проведя тотальную инвентаризацию частных книжных фондов. Могу говорить только о том, что видел сам, да и то весьма оценочно, поскольку что такое «самый большой раритет», наверное, не знает никто. Уникумов, т. е. книг, по тем или иным причинам сохранившихся в считанном количестве экземпляров (например, «Азбука» Ивана Федорова 1574 года известна в двух экземплярах или «Путешествие» Александра Радищева 1790 года — в пятнадцати или семнадцати) в собраниях харьковчан, насколько мне известно, не было и нет. Но есть уники другого рода — например, книги с автографами или иными пометами широко известных людей. Каждая такая книга — единственная в своём роде, хотя в целом таких изданий очень много. Среди тех, что мне довелось держать в руках, назову изданный в Нью-Йорке в 1945 году рассказ И. Бунина «Речной трактир» с его автографом, сборник рассказов А. Ремизова с обширной его каллиграфической дарственной надписью в адрес супруги А. Н. Бенуа. Рассказывали мне о поэтическом сборнике С. Есенина с дарственной надписью поэта в адрес З. Райх. Недавно я подарил нашему Литературному музею книгу очерков В. Шкловского с владельческим автографом Леся Курбаса.

Домашние библиотеки обычно закрыты для посторонних, Вы рассказываете только о двух открытых, «рабочих» библиотеках — это как бы отдельный тип частных библиотек, приближающий их к государственным, общедоступным, или нет?

Как правило, собиратели — достаточно общительные люди, поэтому большинство частных библиотек не являются «закрытыми», там постоянно бывают друзья и знакомые, и число их зависит от степени коммуникабельности владельцев. Бывают редкие исключения, когда в собрание «хода нет никому», но это уже случаи болезненные. Есть и исключения иного рода, когда частная библиотека становится общедоступной в буквальном смысле этого слова, поскольку владельцы таких собраний, по-видимому, ощущают свою ответственность за массовое культурное просвещение и обладают высокой потребностью в общении. В своей книге я описал одну такую библиотеку детской литературы и её владельца — детского педагога А. В. Охрименко, многие годы принимавшего у себя дома юных читателей ближайшего микрорайона.

Многое в той книжной эпохе держалось на повсеместно существовавших клубах книголюбов, сейчас их нет — не было ли у Вас мысли возродить, основать такой клуб?

Существовавшие повсеместно в СССР (и Харькове) в 70-е и 80-е годы «Клубы любителей книг», строго говоря, клубами не являлись. Это точнее называть одной из форм организации общественной жизни в советскую эпоху, поощряемой, патронируемой (и контролируемой) КПСС (подобно любым другим спортивным, профессиональным и творческим организациям и союзам). Было Общесоюзное общество любителей книг и его республиканские, областные, городские, районные и первичные организации. Одной из задач этих организаций было регулярное проведение общественных мероприятий в форме лекций и творческих вечеров на книжную тему. А вот насколько интересными и «живыми» были эти мероприятия, зависело уже от потенциала и уровня их организаторов. Харькову в этом смысле повезло, у истоков и руля городского клуба книголюбов много лет стояли высококультурные, профессиональные и инициативные люди, сумевшие наладить интересную жизнь в довольно тесных лекционнопросветительских рамках. Клубы же — это нечто другое. Это инициативно организованные места для совместного времяпровождения людей определённого статуса, профессий или интересов. Поэтому у клубов есть свои помещения, свои внутренние правила, клубы посещают более-менее постоянные их члены, в клубах осуществляется клубная жизнь, состоящая из многих самых разнообразных видов деятельности. Главное же — уставы клубов разрабатываются их инициаторами и не предполагают какого-либо внешнего влияния.

Поэтому восстанавливать что-то похожее на бывшие «Клубы книголюбов» в новых условиях — нереально, нет ни административного, ни идеологического ресурса. А организовать такую «тусовку» на основании актуальных сегодня книжных интересов очень непросто. Массового книголюба уже нет, книгособирательство ныне — дело недешёвое. Новые же состоятельные собиратели пока ещё немногочисленны и в большинстве своём самоорганизуются по другим основаниям (охота, фитнес, загрантуризм и т. п.).

Интервьюировал Андрей Краснящих

Так же на KharkovInform: