Супердиджеи: триумф, крайность и пустота


Дата публикации: 1 Октябрь 2012
СуперДиджеи

В сентябре 2012 года в русскоговорящих странах была презентована одна из самых популярных книг о клубной культуре «Супердиджеи: триумф, крайность и пустота» Дома Филипса.

Главные герои книги — современные кумиры миллионов, известные на весь мир супердиджеи (Sasha, Pete Tong, James Lavelle, Fatboy Slim и т.д.), владельцы самых популярных ночных клубов (Cream, Ministry Of Sound, Renaissance), промоутеры, группы (Leftfield или D:Ream), и, конечно же, сами клабберы… «Супердиджеи» — об истории становления клубной культуры, ее развитии и, конечно же, коммерциализации всей индустрии — переход от энтузиазма к бизнесу. Приводим несколько цитат из этой книги.

Июнь 1999, Ибица. Space называли лучшим клубом. Туда стекались тусовщики со всего мира и одуревали от наркотиков. Клуб даже не открывал свои двери до полудня. Однако толпа начинала собираться на автостоянке неподалеку от Space уже к 11:30 утра. Все они с нетерпением ждали того момента, когда двери наконец распахнутся, и самая первая вечеринка лета откроет клубный сезон. Большая часть собравшихся тусовалась всю предыдущую ночь, при этом никто из них не выглядел слишком потрепанным.

Вторая волна эйсид-хауса влилась в поп-культуру и процарствовала в ней все девяностые. Жаждущий наслаждений сказочный мир супердиджеев и суперклубов превратил серую, замкнутую в себе страну в яркую бесконечно тусующуюся нацию. И все это началось в Мэнсфилде, в городе, который занимал девятое место среди самых убогих британских городишек того времени.

Эйсид-хаус был новым, замечательным местом, где все любили всех. Персонажи вроде Оукса, Бира, Саши, Воробья, Сондерсона были невероятными людьми — с харизмой, остроумием и смелыми идеями. Вполне вероятно, что они тусовались, как и все, размахивали руками, словно ветряные мельницы, и обнимались с незнакомцами. Но вместе с этим в их головах начали прорастать идеи. О деньгах никто и не помышлял — по крайней мере никто, кроме владельцев клубов и наркоторговцев. Но никто из них не хотел, чтобы все происходящее закончилось. Всеобщая открытость и дичайшая энергетика — зачастую приводившие к настоящему музыкальному гипнозу — были присущи эйсид-хаусу. Этот элемент, когда музыка тебя словно околдовывает, отсылал к временам некоммерческих, полугейских вечеринок, проходивших в клубах, где собирались темнокожие тусовщики, в Нью-Йорке и Чикаго, где и зародилась в начале восьмидесятых хаус-музыка. Если верить чикагскому диджею Феликсу Да Хаускэту — или Феликсу Сталлингсу младшему, — танцоры в чикагских клубах восьмидесятых, сгибая руки в локтях, скрывали свои лица не просто так. «Они прятали свои слезы — настолько глубоко они чувствовали музыку»…

Наркотики и атмосфера того периода побуждали к эмоциональной свободе.

Букирование известных диджеев — вот что давало любой вечеринке возможность окупиться и обрести известность. В результате супердиджеи начали разъезжать по всей стране. Это стало новой бизнес-средой для всех — диджеев, промоутеров, клабберов — все вставали на ноги, находили для себя точки применения.

Последовавший за этим бум имел далеко идущие последствия для всей британской поп-музыки, моды и образа жизни в целом. Внезапно все кругом стали королями и королевами дискотек. Все были, вроде как, невероятно крутыми.

Так же на KharkovInform: