Сердце вдруг встрепенулось, так тревожно забилось


Дата публикации: 27 июня 2012

В Одессе под жарким солнцем возможно все: любовь, свобода, презрение, одиночество, проницательность сумасшедших и эмоциональная инерция среднестатистических граждан. Жизнерадостная яркость красок, не требующая объяснений, и унылая однотонность собственной души, диссонирующая с этим городом и жизнью, которая многое дает, но еще больше отнимает.

Весь этот импрессионизм существования невозможен в другом городе СССР — речь в «Огнях притона» идет об Одессе 1958 года. Вы ни за что не сможете представить в роли такого города Ворошиловград или Свердловск. Тем более столицы союзных республик или СССР. Только здесь, подальше от центрального «севера», поближе к морю, все происходит точно так же, как в других городах, но море здесь соленое на вкус и это — вкус жизни.

Главная героиня фильма Александра Гордона все же не Одесса, а сильная женщина в сложных обстоятельствах. Сумасшедше красивая, независимая, восприимчивая, страстная, добрая, с огромным уголком для детства в сердце женщина «Огней притона» — явление, о котором давно сказано: «Одесская женщина есть красавица, ибо состоит из смеси разных кровей. Молодая — мучение. Пожилая — наказание. А резюме такое: вас я полюбил сразу и уже не разлюблю…» Роль героини Любы исполняет одесситка Оксана Фандера. Так темперамент и место рождения демонстрируют свою полную взаимосвязь.

Окна Любиной квартиры выходят на внутренний дворик и, улыбаясь солнцу и ветру, с утра и до вечера (если вам больше нечем заняться) можно участвовать в классической одесской дворовой жизни. Романс Изабеллы Юрьевой «Мне сегодня так больно», звучащий из патефона на втором этаже, с трудом перекрикивает дворовый «оркестр», наигрывающий: «Лева, ты из Могилева, здесь тебе не клево…» Но это ничто по сравнению с детским голоском, декламирующим небезызвестное четверостишие про: «Все люди… и весь мир бардак». Две хозяйки сравнивают несчастное утиное тельце, которое скоро отправится в суп, с балериной Майей Плисецкой. Ветер качает занавески, жизнь, которой тринадцать лет отроду после войны, продолжается. Жизнь Любы, хозяйки мини-борделя, тоже.

Бордель составляют две комнаты, две девчонки-работницы и разнообразные посетители. Девчонки с соответствующими эпохе прозвищами Гитлер и Зигота считают Любу мамой и нисколько не тяготятся своим способом зарабатывания на жизнь в советском государстве. К началу войны этим девчонкам был один-два года —несложно подсчитать —об этом в «Огнях притона» не сказано ни слова, но именно об этом думаешь, глядя на юность, юмор, смех и слезы.

Впрочем, смотря кино, в котором совершенно нет «притона», а есть «огни», можно с легкостью оценивать не фильм, а зрителя на способность чувствовать, видеть и понимать. Роль Любы, так же бесподобно, как Оксана Фандера, могли бы сыграть только две актрисы — Людмила Гурченко и Любовь Полищук: актрисы с легкостью совмещавшие красоту и шик с утверждениями «я существую», «я вижу», «я чувствую», «я понимаю», «я люблю». О прошлом Любы — ни слова. Лишь поездка к матери в украинское село под Одессой объясняет все сполна. О своей настоящей и будущей жизни Люба думает непрестанно, но это слишком непросто для женщины, которой «жалко людей, особенно всех».

Текст: Татьяна Донец

Так же на KharkovInform: