ОТВЕРЖЕННЫЕ


Дата публикации: 2 апреля 2020

В этом году «Сезар» и «Люмьер» как никогда солидарны: лучший фильм —  «Отверженные», лучшая режиссура — «Офицер и шпион» Полански.

Для сравнения: так происходит не всегда, крутятся, да, одни и те же фильмы, но в результате предпочтения у «Сезара» и «Люмьера» оказываются разные. В прошлом году, например, у «Люмьера» в обеих главных номинациях победили «Братья Систерс», а на «Сезаре» у них только «лучшая режиссура», а «лучший фильм» — у «Опекунства». В позапрошлом то же самое со «120 ударами в минуту», с той разницей, что на «Сезаре» они взяли «лучший фильм», а «лучшая режиссура» у «До свидания там, наверху». В 2017-м ситуация один в один с «Она», на «Сезаре» уступившей «лучшую режиссуру» «Это всего лишь конец света».

А стало быть, «Отверженные», которые начали с Каннского, взяв там приз жюри, потом «открытие года» Европейской киноакадемии, «лучший европейский фильм» на «Гойе», и в итоге оказались в номинации на «Оскар» как «лучший иностранный фильм», действительно хороши, прорыв.

Об «Офицере и шпионе» написано в прошлом номере «ХЧГК», поэтому сосредоточимся на другом, первом главном французском фильме года. Вводная информация: снявший его Ладж Ли, француз родом из Мали, — дебютант, до этого делавший документалку, но в 2017-м снявший 16-минутную короткометражку «Отверженные», попавшую в номинацию «Сезара» «лучший короткометражный фильм» (у «Люмьера» такой номинации нет), и воодушевлённые продюсеры заказали полнометражный фильм на тот же сюжет и с теми же актёрами. Что ещё полезно знать о нём: он вырос в том же парижском пригородном неблагополучном Монфермее, где происходит действие фильма и о котором, как там вспоминается, Гюго писал в «Отверженных». Сегодня там живут эмигранты (которых уже десять процентов населения Франции), и Монфермей был одним из очагов массовых беспорядков 2005 года, вызванных гибелью двух подростков в трансформаторной будке, куда они спрятались от полиции. Вот что вам нужно знать перед просмотром фильма, а ещё, на волне успеха «Отверженных» правая французская пресса быстренько выяснила, что по молодости Ли два года отсидел за избиение ухажёра сестры друга. Но фильм не лишь о полицейском произволе: в послесловии, вслед за финалом, мы читаем на экране слова Жана Вальжана «Друзья мои, не забывайте одного: нет ни дурных трав, ни дурных людей. Есть только плохие полеводы и воспитатели!» — и это относится не к одной полиции, а ко всем воспитателям всех вообще. Что же касается растений, то в фильме противостояние полицейских не со взрослыми, бывшими бандитами, отсидевшими, с которыми они уже как-то договорились о перемирии и общими усилиями поддерживают порядок, а именно с подростками, не сидевшими и очень чувствительными к полицейскому произволу, вернее, к любой несправедливости. Они и сами далеко не ангелы, конечно, — гавроши, в начале фильма командир патруля говорит новичку о местных, называя их гаврошами.

И о концовке — Алексис Маненти, сыгравший одного, самого жёсткого, из полицейских, за что получил и «Сезара» и «Люмьера» как «самый многообещающий актёр», и сосценарист вместе с Ладжем Ли «Отверженных» («Люмьер» за лучший сценарий), говорит: «Изначально в сценарии фильм заканчивался сценой с горящим зданием. Но мне очень нравится открытый финал, который получился. Мы предлагаем зрителям самим решить, как поступят мальчик и полицейский. Кто же из них будет первым, в том, чтобы отложить оружие или же, наоборот, совершить следующий шаг».

Так же на KharkovInform: