Огоньку не найдётся?


Дата публикации: 3 февраля 2020

Третий фильм, и ни одного без награды — на Маар-дель-платском «Золотого Астора» взял «И придёт огонь» галисийца Оливера Лаше. А первые два его побеждали на Каннском: «Капитаны» в 2010-м взяли приз ФИПРЕССИ в «Двухнедельнике режиссёров», «Мимоза» в 2016-м — награду прессы в «Особом взгляде». Ах да, «И придёт огонь» тоже — за полгода до Мар-дель-платского — получил приз жюри на «Особом взгляде» Каннского.
Лаше называют мастером нового поэтического кино, современным Маликом (смешно звучит при живом-то, но что поделать, если сам Малик уже никого не удивляет и не вдохновляет), а поэтическое кино — это красота, визуальность, символизм. Вот с последнего и начнём. Начнём с начала. Первые кадры фильма — жесть — бульдозер ломает лес, просто крушит, давит. Пока огромный старый эвкалипт не преграждает ему дорогу. В финале фильма — лес горит, и пожарные пытаются остановить огонь огнём — чтобы две огненные стены пожрали друг друга. В середине — главный герой (его играет настоящий местный лесник), отсидевший два года за поджёг, когда выгорела половина горы и чуть не сгорела деревня, произносит свой самый длинный монолог (собственно, единственный в фильме) — об эвкалиптах, что привезены сюда, в Галисию, из Австралии и душат своими корнями местную растительность. Но пока это ещё не символизм — открытые смыслы. Как и то, что лесные пожары в Галисии — обычное дело (и если задаться целью, увидеть, как Лаше со съёмочной группой, обязательно дождёшься).
Как и то, что односельчане, считающие главного героя пироманом, давно простили его и шутят при встрече: «Огоньку не найдётся?»
Символизм — в самом огне, уничтожающем, очищающем. Огонь — это страшно, но и страшно красиво.
Об этом фильм? Шире, конечно, как любое классное кино, а «Да придёт огонь» вовсю называют шедевром.
Лаше сейчас живёт в той же, где снимал, деревушке, там жили и его бабушка с дедушкой, он восстановил их дом. «Думаю, что я стал режиссёром благодаря ценностям, в которые верили мои бабушки и дедушки. Я каждый раз пытаюсь их запечатлеть. На меня очень повлияли истории, которые они рассказывали мне о своей жизни. Часто очень драматичные или даже трагичные. Но они всегда рассказывали их спокойно, смиренно. И это очень меня впечатляло. Этот принцип я называю “независимой покорностью”, и его я положил в основу своей эстетики», «Что человек движется по жизни, будто по рельсам, и единственное, что он может выбрать, — то, в каком классе он поедет. А “независимая” эта покорность потому, что именно это понимание даёт свободу. Мы малы и незначительны, но это нормально, надо просто это осознать. Так ведут себя и персонажи моих фильмов. Они не сражаются с миром, а растворяются в мире вокруг себя», «Да, мы ничтожны… Не просто незначительны — ничтожны. Огонь очищает».
Вот-вот, это уловили и критики, когда пишут: «Человек у него (Лаше — А. Ч.) — часть пылающего мира. Пожарник, пироман, зритель». В фильме даже поезд есть, на котором главный герой едет из тюрьмы домой, глядя в окно на горные леса Галисии. Красота природы (а пейзаж у Лаше — равноправный герой фильма), красота огня, человек.
Здесь бы и точку, но просится на язык: прошлогодний серебряный призёр (за режиссуру) Мар-дель-платского — «Что ты будешь делать, когда мир в огне?» Роберто Минервини. За вопрос — «Серебряный Астор», за ответ, через год, — тушить и любоваться — «Золотой Астор».
Андрей Ченко

Так же на KharkovInform: