Новый ПАПА


Дата публикации: 2 апреля 2020

Обычно никто так не делает, не называет новый сезон-продолжение по-новому. И в этом тоже как есть Соррентино — игрец, любующийся игрой, Феллини нашего времени, самый — и по тематике, и по духу — итальянский режиссёр.

Итальянские сериалы очаровывают. Красотой и глубиной. Смотреть их, писать о них особое удовольствие. «Чудо», «Рокко Скьявоне» (не так давно третий сезон вышел, не пропустили?), «Траст» (не итальянский, Дэнни Бойла, но снятый по-итальянски), «Гоморра» (но только первые два сезона). По поводу красоты: вы видели итальянских карабинеров в форме от «Prada» и в служебных авто «Alfa Romeo 159»? По поводу глубины: Италия — суперкатолики, все верующие, даже отъявленные мафиози преклоняют колено перед статуей Мадонны, и целуют крест или перстень с ним. Так и воспринимайте Италию, не забывайте о Древнем Риме и о том, что итальянцы чувствуют себя его наследниками, в традициях и грузе культуры.

Всё это, — в «Папах», «Молодом» и «Новом». В таком концентрированном виде, в каком Ватикан концентрирует Италию в своих обрядах, одеяниях, проблемах, интригах. Соррентино и очень политический режиссёр, что значит — современный. В «Папах» и политики сколько нужно. Вернее, всё это не раскладывается на части: говоря о вопросах веры, переходишь на политику, говоря о ней, на эстетику, ну а эстетика имморальна, соответственно, всему этому шарма придают, обволакивая собой, ещё и вопросы границ нравственности, тактики-стратегии, цели и средств. В нерасчленённом, синкретичном виде, и гадайте поэтому, кто большее благо или смерть для церкви и веры, фанатики-фундаменталисты, Добрый Папа, Святой Папа, Папа-Опрощенец или Папа-Самый-Умный-Интриган-Войелло, которого не один, а два, второй Эрнандес. Вот так, с самого начала первой серии и двух Войелл, а также с танцующих после отбоя вокруг креста, как пилона, стриптиз монашек, «Новый Папа» настраивает, лучше сказать — заряжает по-новому. И заставочная мелодия Софи Такер, нет, не на смену Девлину, а вводящая и ведущая линию Папы Брэннокса, Девлин, ставший родным, вновь прозвучит, когда Папа Ленни вернётся. У Соррентино красиво и важно всё и если вы потяните за эту ниточку, музыкальный ряд, тоже всё откроется: Девлин выражает суть образа и характера Ленни, Софи Такер — Брэннокса. Смотрите фильм, но и слушайте.  

Соррентино с нами, конечно, играет, и мистифицирует нас, и обманывает, настраивая на одно и давая вместо этого что-то совершенно другое, ещё лучше. Кто не гадал после восьмой серии, чем всё закончится: благословит ли Ленни Брэннокса и отойдёт себе в сторону или возьмёт всё в свои руки, или, может, Церковь расколется на двух Пап, — а Соррентино нашёл самое логичное, естественное и неожиданное при этом решение. И это так здорово, так интересно, так напряжённо-загадочно, что куда там вашим «Играм престолов» с их вымученными интригами и костюмированной роскошью — вот где «Великая красота» кино, вот где Феллини, будь он жив, он бы снял этот сериал. Всё красиво, изящно и носит игровой характер — вплоть до последней фразы Папы Войелло, обращённой к маленькому Пию, на самом деле к Пию-Ленни.

Напоследок подумайте о подспудной, но не менее важной линии вроде-бы-противостояния Ватикана и исламского халифата и не забудьте о беженце Файсале и монашенке Катерине, а главное — почему это Папа Ленни на заставке в исламском раю, среди гурий, и в концовке — тоже там, входит в море на фоне мечетей. Ну не молодец ли Соррентино.

Так же на KharkovInform: