Маленькие женщины


Дата публикации: 3 сентября 2020

Шесть номинаций на «Оскар», включая главные, и выигрыш в номинации «лучший дизайн костюмов».
Нашему читателю роман Луизы Мэй Олкотт «Маленькие женщины» (1868) слабо знаком, а для американцев это классика, и экранизация его Гретой Гервиг уже восьмая в полном метре (были ещё сериалы, в том числе мультипликационные, мюзиклы, оперы и т. д.), и большинство из них, с участием Кэтрин Хэпбёрн, Элизабет Тейлор, Вайноны Райдер, сами стали классикой киноискусства.
Однако Гервиг, актрисе и режиссёру американского инди-кинематографа, чтобы сказать своим фильмом новое слово, пришлось сражаться не только с предшественниками, но и с самой книгой, для XXI века во многом слишком сентиментальной и нравоучительной. Сразиться Гервиг пришлось также с условностями и рамками независимого кино, которому костюмированная экранизация для большого экрана как жанр противопоказана, и со стереотипами тренда нашей эпохи: феминизмом, — ибо роман Олкотт, чем и знаменит, даёт женский взгляд на мир, семья героини состоит из трёх сестёр, мамы и пожилой служанки, по сути бабушки. Отец, капеллан, на фронте, идёт Гражданская война. Сёстры абсолютно разные характером, и каждая талантлива: музыкально, артистически, младшая — художница, а сама главная героиня, альтер эго Олкотт, пишет рассказы. Её имя Джозефина, но все её зовут мальчишеским Джо, что ей замечательно подходит, она действительно пацанка, лазает по деревьям, бегает наперегонки, презирает манеры и отвечает влюблённому в неё соседскому юноше, что никогда не выйдет замуж: ей важна свобода, она будет писательницей. Писательницей она станет, но и замуж выйдет — к этому решению, неожиданному для неё самой, фильм приведёт её в конце, через ряд других решений, противоположных итоговому.
Обычно пишут о нестандартном подходе Гервиг, перемешавшей фрагментами две временные линии, в одной из которых девочки ещё подростки, в другой — старшая замужем, две на выданье, а четвёртая угасает от неизлечимой болезни. Причём фрагменты сменяют друг друга не резко, а без переключения, как бы перетекая в иной временной пласт так, что сразу и не заметишь. Но не только в этом новаторство Гервиг: зачин, где начинающая писательница Джо приходит к издателю с приключенческими рассказами о дуэлях и пр., перекликается с финалом, в котором, несмотря на заказ издателя писать побольше такого всякого: народ устал от войны и требует развлечений, — Джо шлёт ему рукопись совершенно иного жанра, «Маленьких женщин», и издатель наперекор собственным коммерческим убеждениям и благодаря своим дочерям, прочитавшим рукопись и требующим напечатать книгу, идёт на риск. Единственное условие, которое он ставит — изменить концовку, чтобы героиня обязательно вышла замуж. И вот здесь для зрителя текст в тексте выворачивается наизнанку: то, что воспринималось как внешняя, главная сторона сюжета — история четырёх сестёр — вдруг оказывается внутри, запечатанным в роман, который теперь диктует поступки и решения героине. Как та самая «мышеловка» — «Убийство Гонзаго», что и раскрывает, и прогнозирует сюжет «Гамлета». И «Гамлет» здесь именно что при чём: во время домашней театральной постановки сёстры называют Джо «Шекспиром» (писать увлекательно для всех и каждого и при этом высокохудожественно), а влюблённый в неё молодой человек, раскритиковавший приключенческие рассказы Джо, после чего она с ним надолго рассорилась, дарит ей трёхтомник Шекспира.
И таких режиссёрских маленьких и больших «мышеловок», упрятанных во внешнюю, отвечающую роману оболочку сюжета, обновляющих и первоисточник, и классические его экранизации, в фильме много; нужно быть внимательным, и «коробочка» раскроется.
Андрей Ченко

Так же на KharkovInform: