Боль и слава


Дата публикации: 2 октября 2020

У Бандераса за этот фильм награда Каннского  как лучшему актёру, премии Европейской киноакадемии и «Гойя», а также номинация на «Оскар».

И это действительно его главная роль за всю кинокарьеру — и триумфальная реабилитации после всего трэша, в котором он наснимался за последние двадцать лет, докатившись до «Отпетого мачо» и российского «За гранью реальности» с IMDB не выше четырёх с половиной.

Более того, это первые такого уровня кинонаграды Бандераса и лучшая его роль у Альмодовара, у которого он и дебютировал в начале восьмидесятых в самых ранних его фильмах «Лабиринт страстей» и «Матадор», а затем снялся в ещё пяти («Боль и слава» — их с Альмодоваром восьмая совместная работа).

Дело в том, что Бандерас слишком фактурный актёр, и не пойти на поводу его внешности, не проэксплуатировать очередной раз его облик длинноволосого мачо с пистолетом или шпагой, как в «Зорро», в руках могут себе позволить немногие режиссёры, Но и из тех, кто способен придать ему совершенно другой характер и вид, нет того, кто в силах вскрыть в Бандерасе анти бандераса.

Никого, кроме, как оказалось, Альмодовара, который словно сказал: «Я тебя породил (во всём твоём хабитусе), я тебя  и убью» — и убил. Бандерас в «Боли и славе» — пожилой, точнее — пидстаркуватый, разбитый многочисленными болячками (из которых самые его мучащие — мигрень и боли в позвоночнике: после серьёзной операции шрам по всей длине; а также непроходимость пищи в горле, и ко всему прочему в фильме добавляется зависимость от героина) гей, режиссёр в творческом кризисе — альтер эго самого Альмодовара, который после «Возвращения» (2006) снимал, мягко говоря, не очень хорошие фильмы, и значит, «Боль и слава» — триумфальная реабилитация обоих, о нём так и пишут.

Жанр у Альмодовара всегда малоуловим и колышется между мелодрамой (что абсолютно по-испански) и лёгкой комедией, насыщенной цветом, радостью, символикой.  В «Боли и славе» к традиционному для Альмодовару составу в контрапункт вливаются голоса исповеди, ностальгии и завещания, и всё это без какого-либо надрыва, наоборот, с самоиронией.

Герой Бандераса по имени Сальвадор Майо, которое анаграммически содержит фамилию самого Альмодовара, погружается в прошлое, то закрыв в бассейне глаза, то в наркотрипе, то зайдя в комнату четыре года назад умершей матери, и видит восьмилетнего мальчика, открывающего для себя мир, книги, мужскую сексуальность.

Образ матери, которую играет Пенелопа Круз, одна из самых-самых альмодоваровских актрис, буквально покрывает собой все воспоминания детства, а из недавнего прошлого, где её играет уже другая артистка, ключевая сцена — завещания: мать подробно рассказывает Сальвадору, где, как и в чём её хоронить, и упрекает его в том, что он недостаточно хороший, внимательный к её желаниям сын. Последнюю просьбу матери он тоже не выполнит.

Таких травматических для героя и чреватых трагедийностью для сюжета моментов в фильме много, но Альмодовар не позволяет ему превращаться в трагедию, на всём протяжении сохраняя легчайший тон, поддерживаемый светлыми красками (в особенности белой, символизирующим славу, и красной — боль) и невероятной красоты музыкой, за которую Альберто Иглесиас, постоянный альмодоваровский композитор, тоже получил приз Каннского и «Гойю».

Андрей Ченко

Так же на KharkovInform: