Андрей Кончаловский


Дата публикации: 4 августа 2012

Андрей Кончаловский считает своим любимым автором Антона Павловича Чехова, который сказал «великую фразу, которая меня шибанула страшно»: «Никто не знает настоящей правды». «Считать по-другому может человек либо безумный, либо наивный», — говорит режиссер Кончаловский, — продолжая обогащать дискуссию о перспективах российского прошлого и будущего собственной точкой зрения, многих при этом восхищая и интеллектуально терроризируя…

О философских сложностях жизни Чехов как-то кратко выразился, кивнув на стопочку исписанных листов: «У меня там все написано». Чеховского «Дядю Ваню» Андрей Кончаловский экранизировал в 1971 году, а театральные постановки начал «Чайкой» в парижском «Одеоне» в 1987-м, продолжая современное прочтение чеховской «относительности жизни» в Театре имени Моссовета («Часто Чехова ставят, будто он помер и можно делать с его пьесой все, что захочешь»).

Многим казалось и кажется, что «все, что захочешь» можно было семье Михалковых-Кончаловских: отец семейства Сергей Михалков — драматург, главный советский детский поэт, а также автор слов к советскому гимну; мать Наталья Кончаловская — поэтесса и переводчица; старший сын Андрон (предпочитающий «Андрей» византийско-церковному имени) — кино- и театральный режиссер; младший, Никита, — кинорежиссер. «О чем говорили! Ну вдумайтесь только — дедушка не любил Чехова. То есть не книги, написанные писателем, а самого Антона Павловича — просто он лично знал его, общался…» Дедушкой был Петр Кончаловский, художник, принадлежавший к фовистам, глава объединения «Бубновый валет». Прадедом по материнской линии — русский живописец Василий Суриков, автор «Утра стрелецкой казни», «Боярыни Морозовой» и «Перехода Суворова через Альпы».

Впрочем, упоминая о семье, Кончаловский замечает, что не чувствовал обладания «какими-то возможностями, которых нет у других»:

«Ну отдельная комната с роялем. Масло и сыр на столе. То есть некий обеспеченный минимум, который сам по себе никакой свободы не давал. Фамилией своей я не пользовался нигде, кроме случаев, когда хотел получить билеты в театр: звонил администратору и подделывал папин голос. И в консерваторию поступил сам. Хотя нет, вру. Все-таки там я оказался потому, что великий музыкант Лев Оборин был приятелем мамы». В консерваторию Кончаловский поступал «с Рахманиновым» и до сегодняшнего дня имеет планы огромного кинопроекта о композиторе.

В итоге, Кончаловский окончил ВГИК в 1965 году, а уже в 1966-м срежиссировал «Историю Аси Клячиной, которая любила, да не вышла замуж» — на этом название картины обычно обрывают, хотя в нем имеется не менее эффектное продолжение «…потому что гордая была».

Фильм о «простой жизни, которая пронзала своей болью, своей нищетой, своей замороженностью, ибо нельзя было в той, Советской России, быть несчастным, не разрешалось, все были счастливы» был положен на полку до 1988 года. Нет, говорит Кончаловский, он не был диссидентом. Кончаловскому, по собственным словам, «всегда было, что терять». В этом смысле следует считать великим человеком Сахарова, «который ничего не боялся». Но Кончаловский боялся, во-первых, — системы, во-вторых, — «просто хотел работать, делать кино».

Тарковский и Кончаловский сняли вместе «Иваново детство» (1962) и «Андрея Рублева» (1966): Кончаловский — в качестве сценариста, Тарковский — в роли режиссера, часто повторявшего бунинскую фразу: «Я не золотой рубль, чтоб всем нравиться». Кончаловский же не считал, да и сейчас не считает, что «облегчить зрителю восприятие означает сделать емууступку».

В 1978 году Андрей Кончаловский снял «Сибириаду», в 1979-м был награжден за нее Гран-при жюри Каннского кинофестиваля («Я привез фильм во Францию подпольно, в буквальном смысле слова — в штанах»), в 1980-м получил звание Народного артиста РФ и в том же году уехал: сначала во Францию, потом — в Америку.

Два года назад президент Каннского кинофестиваля Жиль Жакоб вручил Андрею Кончаловскому орден Почетного легиона. В своей речи Жакоб, в 1979 году взявший «Сибириаду» в каннский конкурс, напомнил об американском периоде карьеры Андрея Кончаловского, о его театральных постановках во Франции и Италии, а также заметил: «Режиссер-путешественник, он, тем не менее, всегда возвращался домой, чтобы запечатлеть то, чем живет его страна».

О том, чем живет страна Андрея Кончаловского, сняты «Курочка ряба» (1994), «Дом дураков» (2002), «Глянец» (2007), а также документальные фильмы цикла «Культура — это судьба». «Доступность всего и триумф дилетантов — вот главный символ эпохи. Нужно потихоньку отказываться от такого обилия информации. Чем отличается богатый человек от бедного? Не количеством денег на счете, а тем, что он может позволить себе выключить телевизор и слушать Баха и читать Джойса. Речь идет о качестве жизни. А оно определяется тем, с кем ты общаешься и о чем думаешь. Есть ли, например, у тебя возможность быть в тишине и никуда не торопиться. …В кино пришли люди, которые хотят много зарабатывать, хотя знаний у них не так много».

Значимыми в современном российском кино Кончаловский называет «Елену» Звягинцева, «Шапито-шоу» Лобана, «Дом» Погодина, а также «первоклассное, настоящее» мастерс-тво Александра Сокурова. Родину Кончаловский, живущий в Лондоне, Москве и Италии, воспринимает «с чувством глубокого уважения и неудовлетворения», «без трепета и романтизации», свойственных брату, Никите Михалкову. «Любая ментальность эволюционирует, только речь о том, что если нам нужно еще триста лет, как Европе, чтоб у нас возник класс буржуазии, то мы всюду опоздали. …В России пока очень низкая общая культура. Русский человек с этой культурой, приобретая большое количество денег, становится разрушителем и самого себя, и окружающей среды. …Российская изобретательность никуда не идёт, потому что вся система в стране строится на принципе «не надо ничего менять». Что бы сделал я? Разработал бы для каждой школы методику прививания уважения к деньгам и индивидуальной ответственности».

Текст : Татьяна Донец

Так же на KharkovInform: