2010-е. КИНО


Дата публикации: 7 января 2020

Вопрос даже не в том, что кино в десятые окончательно ушло в сериалы, и режиссёры, хорошие, переквалифицировались на длительную дистанцию, и зритель — сравним с читателем — остановил свой выбор на долгом чтении, романах, а не повестях (потому как рассказы — короткометражки), — а в том, какими стали сериалы.

2000-е — это первопроходцы: «Прослушка» и, с другой стороны (их так и воспринимали; вы разве не были включены в этот спор: за кого? — напоминающий старинное «Ты за кого: за Брюса или Чака?», «За Шварца или Слая?»), «Во все тяжкие», заехавший последними сезонами в 2010-е, да и спин-офф, «Лучше звоните Солу», идёт (не говоря уже об «El Camino: Во все тяжкие. Фильм», сиквел о Джесси Пинкмане, вышедший в этом году, кстати, совсем не вторичный, худших опасений не оправдавший). Т. е. «Во все тяжкие» всё-таки победили (не мытьём, так катаньем, количеством взяли)? И ещё — прежде всего — тем, что именно их эстетика, драмедийно-игровая, в жанре кризис-менеджмента, быстрого решения постоянно возникающих проблем во всё наслаивающем их водовороте событий и стала определяющей для сериалов 2010-х, а кропотливый дотошный — и очень обаятельный в этом — псевдодокументализм «Прослушки» с медленной, тщательной проработкой темы, проблем, любой детали — нет. Иначе говоря, здóрово, восхитительно здóрово, но не к эпохе, не реализма это эпоха, как многим казалось, — возвращающегося, а всё того же постмодернизма с его игровым, слегка абсурдистским характером. Об этом же говорит и то, что у «Прослушки» ни одного «Эмми», это за пять сезонов-то.

«Эмми» — у «Во все тяжкие». Жанр разошёлся, вспомнили о старом коэновском «Фарго», и в 2020 году ждём не дождёмся уже четвёртого сезона, и в том же ряду «Патриот», «Предприятие “Божий дар”», «Озарк», о которых мы писали, и «Подлый Пит», «Достать коротышку», «Убивая Еву» и мн. др., о которых, быть может, ещё напишем.

Что же касается просто фильмов, старых добрых, то в 2010-е окончательно сошли с дистанции, сгинули, можно сказать, хоть и не пропали никуда, наши кумиры 2000-х — Альмодовар, Ким Ки Дук, фон Триер, Карвай, Кустурица. Они продолжают снимать, и на фестивалях иногда появляются (чаще в жюри, хотя и это уже не «чаще») и даже что-то когда-то где-то выигрывают (почётные призы, как правило, «за вклад»), но — вы их смотрите? Ждёте? Радуетесь, посмотрев, скажем, «Нимфоманку» или «Дом, который построил Джек»? А Кустурица — вообще назовите последний фильм. («Балканский рубеж» 2019-го. Военный! Боевик о войне в Югославии! Антинатовский такой, с Гошей Куценко и — подготовьтесь — Гойко Митичем. И это от автора «Жизни как чуда». Не, Кустурица в 2010-е уже там, на фото с Путиным и патриархом Кириллом.)

И сейчас мне предстоит самое сложное — назвать того, кто их заменил, кто представляет в кино десятые. Одно-два-три имени. Впрочем, какие сложности? Все десятые давали главные премии, венецианско-«глобусовские», потом «оскаровские», трём мучачам мексиканским, чьи звёзды загорелись в 2000-е и в десятые вовсю уже сияли: Иньярриту — Куарону — дель Торо. Их мы и смотрели больше всего, с ними у нас и будут ассоциироваться 2010-е.

Но скучно же, скучно, господа, так всё прогнозировано и закономерненько, да и фильмы мучач — тоже. Поэтому мы, ничуть не сумняшеся, назовём вместо них одного, но того, кто радовал нас все десятые, и кто тоже загорелся в нулевые и разгорелся в новое десятилетие — Паоло Соррентино, от «Великой красоты» до «Лоро», от «Молодого Папы» до «Нового Папы» — и тем самым закольцуем кино с сериалами.

Так же на KharkovInform: